Корпоративы появились не вчера. И даже не пятьдесят лет назад — этой традиции, призванной наладить взаимопонимание и профессиональные связи между работниками в неформальной обстановке, уже по меньшей мере семь-восемь веков.
Корпоративные вечеринки вошли в жизнь европейских рабочих вместе с первыми формами их объединений. Проследить это легко уже по этимологии слов, которые сегодня все мы знаем — цех и гильдия: zeche в переводе со старонемецкого означает… пирушку. Вторит такому значению и староанглийское слово gild – «пир, празднество». Также есть версия, что слово «гильдия» у древних германцев означало любые празднества с застольем по поводу браков, поминок, жертвоприношений богам. Вот они, значит, чем в этих цехах и гильдиях занимались!
Пиры для гильдии или цеха устраивались в честь религиозных и профессиональных (дней памяти святого — патрона организации) праздников, приёма нового специалиста в коллектив, принятия мастером ученика или подмастерья, назначение кого-то из членов корпорации на важные должности и т. п. Но ничего общего с обычной попойкой эти застолья не имели. Прежде всего это были ритуальные пиры со строгой регламентацией. О том, как серьёзно к ним относились, свидетельствует тот факт, что порой треть (!) пунктов всего устава гильдии было посвящено этим торжествам.
Пить уважительно!
В сознании средневекового человека цеховой пир означал прежде всего единение с другими членами корпорации, символ братства и даже самоуправления и независимости. Так что напиваться «больше, чем уважительно, и сверх порядка» запрещалось — равно как и спаивать соседа. Регламентировалось всё: от количества и состава блюд до обязанностей каждого гостя резать и раздавать то или иное кушанье, от порядка произнесения тостов до необходимости хранить тишину во время их звучания. Стоит ли говорить, что и одевались на такие мероприятия не как придётся, а строго по форме. Примеры которой можно видеть на картинах классиков:
Перевязи стрелков на картине «Банкет офицеров роты святого Георгия» (1616) кисти Франса Хальса красно-белые, поскольку эти цвета были символом города Харлема (Нидерланды). Они фигурируют и в другом шедевре мастера — «Банкет офицеров гражданской гвардии Святого Георгия» (в заглавии).
Хальс написал множество банкетов, что говорит об их популярности. Разумеется, многие важные вопросы средневекового бизнеса решались за столом.
История рабочей одежды и СИЗ на Гетсиз.ру
Совсем иначе выглядят амстердамские арбалетчики на картине Корнелиса Антониса (1553), одетые в наполовину зелёные, наполовину коричневые мантии и чёрные береты.
Пожалуй, строже всех одеты стражники голландца Дирка Баренца на портрете 1566 года.
Сегодня всех этих пирующих товарищей мы бы назвали городской полицией — в целом, они выполняли схожие функции, даром что относились к разным гильдиям. Надо сказать, что не только праздничную, но и служебную одежду члены гильдий покупали на собственные средства. Кстати, за право быть написанным среди своих сослуживцев на картине тоже платили: цена зависела от того, сколько места занимала фигура того или иного мастерового или офицера на групповом портрете.
Явка строго обязательна
Характерно, что больше всего любили заказывать портреты членов своей гильдии именно во время банкета офицеры. Мастеровые люди предпочитали быть запечатлёнными в более серьёзной обстановке, как, например, бондари и сборщики винных налогов (1673) у Гербранда ван ден Экхаута
или ювелиры (1627) у Томаса де Кейзера.
У каждого цеха и гильдии существовал свой уставной парадный костюм. Однако прописывались и общие требования, — например, все мастера должны были быть в шляпах, а подмастерьям запрещалось появляться босыми и в портах. А за непосещение корпоратива можно было вылететь из гильдии, что для большинства рабочих того времени было смерти подобно. Например, у датских сапожников уважительными причинами неявки на пир считались только болезнь, похороны, свадьба и участие в поисках вора.
